Среда, 18.07.2018, 12:26
Приветствую Вас Гость RSS
Киево-Печерская лавра
ГлавнаяКаталог статейРегистрацияВход
Меню сайта
Категории каталога
Ближние пещеры
Дальние пещеры
Друзья сайта
Свято-Троицкий Ионинский монастырь
Главная » Статьи » Святые Киево-Печерской лавры » Ближние пещеры

Феодор и Василий Печерские, преподобные

Преподобный Феодор в мирском житии своем владел богатым имением. Слыша же в Евангелии изречение Господне: Всяк от вас, иже не отречется всего своего имения, не может быти Мой ученик (Лк. 14, 33), он последовал словам этим. Оставив все мирское и раздав богатство нищим, он сделался черно­ризцем в монастыре Печерском и с великим усердием подвизался в добро­детели. По благослове­нию игумена он поселился в варяжской пещере, соседней с пещерами преподобного Феодосия, где и прожил много лет, соблюдая строгое воздержание. Во время пребывания преподобного Феодора в этой пещере, диавол поселил в нем печаль и сожаление о розданном нищим имении, приводя ему на ум преклонность лет, слабость здоровья и скудость монастырской пищи. Блаженный Феодор не понял, что подобные мысли есть диавольское искушение. Забывая слова Господа: Не пецытеся душею вашею, что ясте или пиете: воззрите на птицы небесныя, яко не сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец ваш Небесный питает их (Мф. 6, 25—26) и видя нищету свою, стал приходить в отчаяние, сделался мрачен и об этой скорби своей поведал друзьям.

Среди черноризцев Печерского монастыря был некто Василий, один из наиболее добродетельных по жизни. Сей инок достиг высокой степени совершен­ства. Желая утешить Феодора и избавить его от отчаяния, он сказал ему: «Молю тебя, брат Феодор, не губи награды своей, но если ты сожалеешь об имении, розданном нищим, то я постараюсь возвратить его тебе в том же количестве, только скажи пред Господом, чтобы твоя милостыня вменилась мне, и тотчас избавишься от скорби и снова приобретешь через меня свое имение. Впрочем, смотри, попустит ли это Господь: в Константинополе также некто сожалел о золоте розданном нищим и вменил пред Богом милостыню другому, взяв с него деньги, равные розданным; когда сказал, что не он сотворил милостыню, но она есть дело другого, то тотчас упал среди церкви и умер, потерял таким образом золото и жизнь». Выслушав это, блаженный Феодор обра­зумился и начал оплакивать свое падение, ублажая брата, исцелившего его от столь опасной душевной болезни. О таких людях сказал Господь: Аще изве­деши честное от недостойнаго, яко уста Моя будеши (Иер. 15, 19). С этого времени между Феодором и Василием еще более усилилась любовь друг к другу. С тех пор прп. Феодор неустанно преуспевал в заповедях Божиих, стараясь совершать все необходимое для праведной, богоугодной, святой и непо­рочной жизни. Диавол же жестоко уязвлен был тем, что не мог окончательно прельстить прп. Феодора сребролюбием. Поэтому он опять вооружился на препо­добного, строя новые козни, чтобы возбудить в нем страсть любостяжания.

Однажды игумен послал преподобного Василия из монастыря на некоторое послу­шание, исполнение которого заняло у него три месяца. Считая это время удобным для своих козней, диавол, приняв образ Василия, пришел в пещеру препо­добного Феодора как будто для душеспасительной беседы. «Как ты, — говорил он, — преуспеваешь в добродетельной жизни? Прекратилась ли у тебя борьба с искуше­ниями бесовскими или все еще продолжается, возбуждая в тебе любостяжание через воспоминание о имении розданном нищим?» Препо­добный Феодор, не узнав беса и полагая, что с ним говорит брат Василий, отвечал: «По твоим, отче, молитвам я с успехом выдерживаю борьбу с диаволом и не слушаю возбуждаемых им мыслей. И теперь, что ты мне прикажешь, я охотно исполню, повинуясь тебе: в твоих наставлениях я нашел великую пользу для моей души». Мнимый же брат, бес, почувствовав смелость, так как Феодор не упомянул имени Господа Бога, сказал преподобному: «Вот я дам тебе еще и другой совет, брате! Исполняя его, ты обрящешь покой и вскоре получишь воздаяние за розданное имение твое. Проси, брат, у Господа Бога, чтобы Он послал тебе злата и серебра множество, и не впускай никого к себе в пещеру и сам не выходи из нее». Преподобный Феодор обещал все это исполнить. Тогда лукавый скрылся и, невидимо принося ему помышления об обретении сокровища, воздвигал его на молитву просить у Господа сокровище, обещаясь раздать его нищим. Заснув, преподобный увидел во сне беса, явившегося в образе светлого и украшенного ангела, который показывал преподобному сокро­вище в пещере. Сие видение повторялось неоднократно. Преподобный же по прошествии несколь­ких дней пришел на место, показанное во сне, начал копать и нашел сокро­вище: множество злата и сребра и сосуды многоценные. После этого снова явился бес преподобному Феодору во образе преподобного Василия и сказал ему: «Где же, брате, сокровище данное тебе? Ибо явившийся тебе и мне сказал, что по молитве твоей много дастся злата и сребра». Блаженный Феодор не захотел ему показать сокровище. Злохитрый бес тотчас начал явно говорить пе­щерному и тайно влагать ему помышления о том, чтобы он взял сокровище и отправился в иную страну. Но прежде сказал ему так: «Брат Феодор, не го­ворил ли я тебе, что вскоре примешь от Бога воздаяние за розданное тобою имение, ибо Он сказал: Всяк, иже оставит дом или села имени Моего ради, сторицею приимет и живот вечный насле­дит (Мф. 19, 29). Теперь же вот в руках твоих богатство, сделай с ним, что хочешь». «Я просил его у Бога, — ответил ему преподобный, — чтобы раздать нищим, если Богу угодно было бы дать его мне, и думаю, что ради этого обещания моего Бог и послал сие бо­гатство». Супостат же сказал преподобному: «Смотри, брате Феодоре, чтобы снова враг не принес тебе скорби о раздаянии, как это было с тобой прежде, ибо дано оно тебе вместо того, которое ты раздал. Я советую взять богатство и идти с ним в иную страну и там приобрести себе землю, ибо и там можно спастись и избегнуть козней бесовских. Когда же настанет час твоего отшествия от мира сего, отдашь имение кому захочешь, и так сохранится память о тебе». — «Не стыдно ли будет мне, оставивши мир и все, что в мире, и обещавшемуся жизнь сию окончить в пещере сей, сделаться беглецом и мирским жителем? Если угодно тебе, я все сотворю, что прикажешь, только останусь жить в монас­тыре». Тогда бес сказал преподобному: «Здесь ты не можешь утаить сокровища своего; о нем узнают и возьмут от тебя; приими мой совет и сделай поскорей, что говорю я тебе; ибо, если бы Богу не было бы угодно, чтобы ты имел стяжание, Он не даровал тебе и мне бы не поведал, чтобы я утвердил тебя». Тогда блаженный Феодор, веруя бесу как брату, начал тайно готовить по­возки и сосуды, чтобы скрыть сокровище и выйти из пещеры, куда поведет его бес, вознамерившийся лестью своей отлучить Феодора от места святых препо­добных отец Антония и Феодосия и Самой Пресвятой Бого­родицы и, что всего хуже, от Бога.

Человеколюбивый же Господь, хотящий всем спастись, спас и раба Своего Феодо­ра молитвами преподобных Своих. В то время возвратился в монастырь препо­доб­ный Василий, спасший прежде преподобного Феодора от злого помыш­ления. Пре­подобный Василий явился в пещеру, желая видеть живущего в ней брата, и привет­ствовал его такими словами: «Как ты проводишь теперь, брат Феодор, жизнь свою в Боге? Давно я тебя не видал». Преподобный Феодор уди­вился такому приветствию и сказал: «Что это ты говоришь, что долгое время не видел меня? Вчера, третьего дня и раньше ты постоянно приходил ко мне, поучая меня, и вот я теперь отравляюсь, как ты мне велел». В свою очередь преподобный Василий еще более дивился такому ответу: «Скажи мне, что означают твои слова, будто я вчера, третьего дня и раньше постоянно приходил к тебе, наставляя тебя? И куда ты идешь? Я только сегодня возвратился с дороги и ничего не знаю; быть может тебя искушал диавол? Молю тебя, ради Бога не скрывайся от меня». Преподобный Феодор с гневом сказал ему: «Что ты искушаешь меня? Зачем смущаешь душу мою, говоря в одно время так, а в другое иначе? Чему я должен верить?» Выразив так ему свою досаду, он прогнал его от себя. Преподобный Василий тогда отправился, скорбя, в монастырь. Бес же снова явился в образе Василия и сказал: «Брате, я окаянный, омрачившись умом, наговорил тебе иное, поэтому я забыл досаждение, которое принял от тебя и снова советую: иди, покинь в эту же ночь место сие, уходи отсюда, захватив обретенное сокровище». С этими словами он удалился. Преподобный же Василий, взяв с собою некоторых старцев, опять пришел к Феодору. «Бог свидетель и старцы сии, — обратился он к нему,— что прошло три месяца, как я не видел тебя, я был отослан игуменом по монастырским делам. Сегодня третей день, как я возвратился, а ты, едва только я вошел к тебе, сказал мне, что за все время моего отсутствия я постоянно приходил к тебе. Думаю, что к тебе приходил в моем образе бес. Если хочешь убедиться, сделай так: не позволяй никому из пришедших к тебе начинать беседы с тобою, прежде чем он не сот­ворит молитвы Иисусовой; если вошедший не захочет, тогда узнаешь, что он есть бес». После этого преподобный Василий сотворил молитву запрещения, призывая на помощь святых, и, наставив Феодора, ушел в монастырь в свою келлию. Бес не дерзнул снова явиться препо­добному Феодору, и для него стало явно коварство обольстителя. С той поры он заставлял каждого приходящего к нему прежде всего сотворить молитву Иисусову и потом уже беседовал с ним. Так преподобный Феодор победил врага и избавился при помощи Божией от уст льва, ищущего добычи (1 Пет. 5, 8).

Освободившись от такового рва погибели, блаженный Феодор начал еще более стараться о том, чтобы не себе, а врагу-диаволу приготовить падение в яму. Прежде всего он выкопал глубокий ров и с отвращением бросил туда и за­копал помощью диавола обретенное сокровище, да погибнет память его с шумом. При этом блажен­ный непрестанно и усердно молил, чтобы Господь даровал ему забвение места, где он скрыл сокровище, и чтобы уничтожить в нем всякую страсть сребролюбия. И Господь Бог исполнил моление преподоб­ного, ибо с тех пор он никогда не упоми­нал о том месте, никогда не помышлял о стяжании; злато и сребро стало для него ничтожным бременем. С тех пор препо­добный Феодор стал внимательнее к себе. Чтобы в праздности не увлекаться помыслами, он возложил на себе великий труд: поставил в своей пещере жернова и начал работать на братию, причем не только сам молол жито, но и приносил его из монастыря. Ночь он проводил почти без сна, посвящая большую часть ее молитве и работе на ручных жерновах, а днем относил муку и снова приносил жито. Своими трудами преподобный в течение многих лет немало облегчал монастырских рабов, не стыдясь разделять их труд.

Однажды монастырский келарь, увидев, какой тяжелый и мучительный подвиг возложил на себя преподобный Феодор, пришел в умиление. И когда было приве­зено из монастырских сел жито, он отправил пять возов его преподоб­ному, чтобы избавить его хотя от труда носить зерно самому в пещеру для изго­товления муки. Преподобный Феодор же, ссыпав зерно в сосуды, начал молоть, поя псалмы. Когда же он ослабел, то пожелал отдохнуть немного; и вот внезапно раздался глас, как гром, и жернова начали двигаться сами собой. Уразумев козни диавола, преподобный поднялся и начал усердно молиться, после чего сказал громким голосом: «Господь запрещает тебе, лукавый бес!» Но бес не переставал молотить на жерновах. Тогда преподобный снова сказал: «Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, свергшего тебя с небес и давшего власть угодникам Своим, я грешный повелеваю тебе не оставлять работы, пока не перемелешь все жито; потрудись и ты на святую братию». Сказав это, он продолжал молитву, бес уже не посмел ослушаться и в одну ночь измолол все жито. Утром преподобный Феодор дал знать келарю, чтобы тот прислал за мукою. Келарь удивился столь необычному делу, в недоумении помышляя: «Как можно было смолоть в одну ночь пять возов», и сам отправился в пещеру, чтобы вывезти муку. Но здесь совершилось и другое чудо: от этого же жита полу­чилось еще пять возов муки. Так сбылось на деле слово апостолов, некогда гово­ривших Иисусу Христу: Господи, и беси повинуются нам о имени Твоем (Лк. 10, 17), а также и обетование и Самого Слова Божия: Се даю вам власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию (Лк. 10, 19). Лукавые бесы хотели устрашить преподобного Феодора и заставить его повиноваться себе, как прежде во время его прельщения, но вместо этого сами наложили на себя узы рабства, так что принуждены были возопить: «Мы не будем более появляться здесь».

Преподобные Феодор и Василий установили между собою благочестивый обычай никогда не утаивать своих мыслей, но обоим обсуждать их вместе, чтобы видеть, насколько они богоугодны. По обоюдном совещании преподобный Василий уда­лился безмолвствовать в пещеру, а преподобный Феодор, как достигший уже старости, вышел из нее с тем, чтобы поселиться в древнем монастыре.

В это время монастырь был сожжен, деревья на устройство церкви и келлии, приг­нанные плотами по Днепру, лежали на берегу. Наняты были работники, чтобы ввезти их в гору, но преподобный Феодор, желая сам поставить себе кел­лию, начал на себе носить бревна с берега на гору, не дозволяя никому рабо­тать за него. Лживые бесы, забыв свое, вынужденное подневольной работой, обещание никогда не приближаться к преподобному, снова начали свои козни: все бревна, какие с великим трудом блаженный Феодор вносил за день на гору, бесы ночью сбрасывали вниз, желая через это добиться его удаления. Поняв козни бесов, преподобный сказал им: «Именем Господа нашего Иисуса Христа, повелевшего вам войти в свиней (Мф. 8, 32), я, грешный раб Его, повелеваю вам все бревна с берега перене­сти на гору, чтобы братия, работающая Богу, не отрывалась от своего труда и могла без ваших козней выстроить храм Пресвятой Богородице и келлии себе; тогда узнаете, что Господь присутствует на этом месте». В ту же ночь бесы перенесли с берега на гору все бревна предназначенные для постройки монастыря. Когда утром на берег приехали нанятые для перевозки, то увидели, что бревна все до одного уже находятся на горе и не свалены в кучу, а разложены в порядке. В одной куче лежало то, что пригодно было для крова, в другой — для помоста, в особом месте были сложены большие по длине и чрезвычайно тяжелые балки. Все это как дело, превышающее человечес­кие силы, возбуждало удивление. Так прославился Господь чрез угодников Своих преподобного Феодора и советника его преподоб­ного Василия, ради подвигов которых и было сие предивное чудо. Но эти сродные по духу рабы Божии не гордились, видя повиновение себе бесов, следуя наставле­нию Христа: Не радуйтеся, яко дуси вам повинуются: радуйтеся же, яко имена ваша написана суть на небесех (Лк. 10, 20). Бесы же столь явно обличенные в своих кознях святыми Феодором и Василием не могли стерпеть своего поношения. Ибо когда-то пользовавшиеся, как боги, почитанием и поклонением от язычников, теперь они должны были переносить от верных угодников Божиих презрение, унижение и бесчестие, должны были, как рабы купленные, трудиться для них, то меля жито, то таская бревна; и к тому же, повинуясь запрещению тех же святых, они должны были удаляться от людей. Поэтому-то во время переноски бревен они и вопили, как слышали некоторые: «О, злые и лютые враги наши Феодор и Василий! Мы не перестанем бороться с вами, пока не предадим вас смерти!»

С этого времени лукавые бесы, не зная, что послужат к еще большему прославле­нию преподобных, начали всеми способами возбуждать злых людей на святых Феодора и Василия. По бесовскому внушению подняли крамолу наня­тые возницы, говоря блаженному Феодору: «Отдай нам нашу плату, ибо мы не знаем, какими кознями, согласившись с Василием, устроил ты так, что бревна оказались на горе, мы же готовы были сами перевозить их». Судья, рас­смат­ривавший это дело, под­купленный золотом, присудил, чтобы Феодор отдал плату наемникам, дерзнув при этом сказать: «Да помогут тебе и платить те же бесы, которые помогали возить».

Велико было досаждение бесовское на нестяжательного старца Феодора и совет­­ника его Василия, но довести до смерти преподобных диаволу не удалось. Тогда, вспоминая свою первую победу над блаженным Феодором, диавол воздвиг опять смертоносную бурю. Приняв образ преподобного Василия, безмолвствовав­шего в то время в варяжской пещере, он явился к одному из княжеских совет­ников, человеку, хотя знавшему прп. Василия, но свирепому и нечестивому словом и делом, и сказал: «Феодор, бывший прежде меня в пещере, нашел большое сокро­вище, много золота, серебра и сосудов многоценных. Взяв все это, он хотел бежать в иную страну, но я удержал его; и вот теперь он юродствует и, войдя в союз с бесами, повелевает им молоть зерно и носить деревья с бе­рега на гору. Сокровища же он скрыл в одном месте, чтобы потом, взяв его, тайно уйти. Князь же ничего не получит для себя из этого богатства». Слыша все это от беса, мнимого Василия, боярин привел его к князю Мстиславу Свя­тополчичу. Бес все это повторил и перед князем, прибавив при том: «Возьмите его скорее, пока он не убежал, и захватите себе богатство, если же добровольно он отдать не захочет, то израньте его, и он отдаст. Если и так не исправится, то, предав его многим мукам, меня призовите, и я пред всеми вами обличу его и покажу место, где скрыто сокровище». Сообщив это, диавол скрылся. Князь утром поехал сам, со множествам воинов, как будто против какого-либо сильного неприятеля, и, захватив блаженного Феодора, привел его в дом свой. Сначала ласково начал спрашивать его, говоря: «Скажи мне, отче, нашел ли ты сокровище, о чем я слышал?» Феодор отвечал ему: «Да, нашел и ныне оно скрыто в пещере». Князь снова спросил преподобного: «Слышно ли, отче, кто скрыл то сокровище и много ли в нем золота, серебра и сосудов?» «Еще когда жив был преподобный отец Антоний, — в простоте сердца стал рассказывать прп. Феодор, — он слышал, что пещера та служила варяжским хранилищем, почему и доселе называется варяжской. Золота и серебра видел бесчисленное множество, сосуды же латинские». — «Почему, отче, не дашь мне того сокровища? Я разделю с тобою, и то, что потребно будет для тебя, возьмешь». — «Я ничего не желаю взять от сокровища, мне оно бесполезно, я бы все отдал вам, так как вы ему работаете, я же от него свободен. Но не могу исполнить этого потому, что Господь отнял у меня память о месте, где скрыто сокровище». Тогда князь с гневом сказал слугам: «Монаха этого приказываю сковать по рукам и ногам и только через три дня дать ему хлеба и воды, так как он отверг мою милость». Затем уже окованного князь снова спросил: «Скажи, где сокровище?» Феодор же отвечал: «Не знаю, где скрыл его». Тогда князь приказал мучить блаженного многими ранами, так что вся власяница его пропиталась кровью. Потом по приказанию того же князя его повесили в сильном дыму и, привязав сзади, развели под ним огонь. Многие дивились терпению прп. Феодора: он пребывал среди пламени, точно среди росы; огонь не коснулся даже власяницы. Один из видевших это рассказал князю, который, придя в ужас, опять стал уве­щевать старца: «Зачем ты губишь себя, не открывая сокровища, которое должно быть наше?» «Я тебе истину говорю, что по молитвам брата моего Ва­силия был избавлен от сребролюбия, когда нашел сокровище, и теперь, снова повторяю: Господь отнял у меня память, где оно зарыто», — отвечал прп. Феодор. Выслушав этот ответ, князь тотчас послал за блаженным Василием, которого привели силою, так как он не хотел выходить из пещеры. «Все, что ты советовал мне сделать с этим злым старцем, — обратился князь к преподоб­ному Василию, — я сделал, но успеха никакого. Теперь самого тебя призвал я во свидетельство». Преподобный Василий же с недоумением сказал ему: «Что именно тебе я велел сделать?» Князь сказал: «Ты уведомил меня о сокровище, найденном им. Он же теперь отказывается указать место хранения сокровища, и я мучил его». Преподобный Василий заметил: «Понимаю я теперь кознь лу­кавого беса. Это он, княже, прельстил тебя, солгавши и на меня, и на сего препо­добного. Ибо меня никогда ты не видел и не мог видеть, так как вот уже 15 лет я не выхожу из пещеры». Предстоящие заметили: «Ты при всех нас го­ворил князю». Василий же сказал: «Всех вас бес прельстил; я же ни князя, ни вас не видел». Разгневался князь еще больше, повелел и этого мучить без милости, как преподоб­ного Феодора. Не вынося обличения и придя в сильнейшую ярость, от опьянения перешедшую в буйство, он схватил стрелу и уязвил ею блаженного Василия. Пре­подобный, вынув стрелу из тела своего, бросил ее к ногам князя, говоря: «Стрелой этой в скором времени ты сам уязвлен будешь». Это и сбылось по проречению святого. Но перед этим князь повелел преподобных Феодора и Василия, оставшихся чуть живыми от мук лютых, заключить особо в темницу, чтобы утром мучить их снова. И в эту-то ночь уснули преподобные честной своей смертью пред Господом. Господь извел из темницы души их испо­ведатися имени Его святому во свете присносущнем. Братия, узнав о кон­чине святых страдальцев, пришли в темницу и взяли честные телеса их, предав погребению в пещере варяжской, где преподобные и подвизались богоугодно. Но потом они были перенесены в пещеру преподобного Антония, где и доныне лежат нетленно в одеждах и окровавленных власяницах, которые также пребывают нетленны.

По прошествии немного времени после блаженной кончины их сбылось пророче­ство преподобного Василия: 15 июля 1099 года на стене Владимирской крепости князь Мстислав во время междоусобной войны с Давидом Игоревичем был неожи­данно сквозь отверстие доски поражен стрелой в грудь. И тогда вспом­нил он о стреле своей, коей уязвил блаженного Василия и сказал: «Умираю ныне ради преподобных Феодора и Василия» — и в следующую ночь скончался. Так злой убийца принял отмщение за неправое дело свое. Преподобные же стра­дальцы, как победители диавола, увенчаны не сребром тленным и златом, но славой и честью и удостоены неувядаемого венца от «камене честна», еже есть Христос (1 Кор. 10, 4).



Источник: http://www.saints.ru/f/24_prmchFeodor-Vasilii-Pecherskie.html
Категория: Ближние пещеры | Добавил: Pretender (24.06.2007)
Просмотров: 1794 | Рейтинг: 5.0/1 |

Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Форма входа

Поиск

Статистика









Copyright Pretender © 2018
Создать бесплатный сайт с uCoz